Миф: Дзинтарс или Иверия?

Знаменитый одеколон "Миф" был создан парфюмерами Дзинтарса, но производился также и тбилисской фабрикой Иверия - видимо, чтобы покрыть спрос.

Вообще Иверия выпускала много ароматов, изначально придуманных другими, в основном Новой зарей: "Пиковую даму", "Красный мак", "Незнакомку" и т.д. Получалось отлично, качество не уступало оригиналу, так что и насчет "Мифа" можно не беспокоиться - если сохранность хорошая, то будет не хуже дзинтаровского. Однако на случай, если производитель все-таки принципиален, есть моменты в оформлении, по которым можно легко отличить тбилисскую версию от рижской. Конечно, главное - это название производителя на клапане коробки: у иверийского написано "Союзпарфюмерпром", а у дзинтаровского - Dzintars.  

Но если клапан оторван, что не редкость у старых коробок, то различить все равно можно. На коробках оба производителя делали надпись на двух языках, но у Иверии - русский и английский, а у Дзинтарса это были русский и латышский: на иверийской коробке написано "Eau de cologne MYTH", а на дзинтаровской коробке - "Odekolons MITS".

Но даже и без коробки можно определить, чей выпуск: на флакон Иверия клеила этикетку на русском языке,  Дзинтарс - на латышском.

"Бригантина", комбинат Алые паруса

 статья переехала на яндекс-дзен (ссылка)

Огни Москвы, папиросы фабрики Дукат

Еще одни "Огни Москвы" - не парфюмерные, но тоже с ароматом: папиросы высшего сорта, фабрика "Дукат", 1950-е. На крышке коробки изображено здание Совета министров СССР,  Дом Союзов и вход на станцию метро "Охотный ряд", а слева виден угол гостиницы "Москва".

На внутренней стороне крышки - жилой дом на Котельнической набережной, одна из знаменитых сталинских высоток.

В фильме "Очередной рейс", снятом в 1958 году, у сестры главного героя на комоде лежит подарочный набор "Огней Москвы".

В фильме его не открывают, но без сомнения это "Огни" - в 1950-1960-х у их коробки была такая выгнутая темно-синяя крышка. В набор входили духи, одеколон, пудра, крем и крем от загара. Внутри набор выглядел так:

Когда искала информацию для статьи, наткнулась на такого вот зверя:

духи "Огни Москвы", но не  новозаревские, а от некой фирмы Floreal. Поиск показал, что эта фирма, производившая парфюмерию и косметику, была зарегистрирована в 1997 году. Аромат с таким названием в конце 1990-х мог быть каким угодно - даже похожим на настоящие "Огни Москвы", которые Новая заря к тому времени уже не выпускала. А мог и не быть похожим, но я не буду проверять, потому что не жду от отвечественных винтажей конца 1990-х ничего хорошего.

"Огни Москвы", Новая заря

В сентябре Москва будет отмечать свое 870-летие, и я решила воспользоваться таким роскошным поводом, чтобы написать об ароматах, посвященных столице нашей родины. Не обо всех сразу, конечно, а о тех, с которыми мне довелось познакомиться лично - это примерно половина всего того, что создали в честь Москвы отечественные парфюмеры.

Среди любителей советской парфюмерии почему-то считается, что Новая заря приурочила "Огни Москвы" к Московскому фестивалю 1957 года - но это не так, аромат был выпущен в самом конце 1940-х. В его названии заключено нечто гораздо большее, чем просто романтика ночного города: дело в том, что в послевоенные годы остро стояла проблема городского освещения. В войну пострадали многие электростанции, полностью восстановить их удалось лишь к 1950 году. Военная светомаскировка была отменена в Москве только 30 апреля 1945 года, и еще несколько лет ушло на ремонт уличных фонарей. Поэтому когда в 1947 году в честь 800-летия Москвы был иллюминирован Кремль (по всему его периметру установили лампы накаливания), а улицы стали освещаться по ночам, это воспринималось как важная веха в борьбе с послевоенной разрухой.
Тема освещения столицы была настолько важна, что нашла отражение в поэзии, музыке, кинематографе. В 1947 году вышла "Разноцветная книга" С.Я. Маршака, ее страницы посвящены определенным цветам - зеленому, синему, желтому, красному, белому, - а одна страница называется "Ночной": в ней описывается московская ночь, но рассказывается не о ночной темноте, а о светящихся огнях.

Ночная страница, В. Лебедев

...Скользят огоньки по аллее,
Спускаясь с московских холмов,
И с каждой минутой тусклее
Бессчетные окна домов.


Встречаясь на всех перекрестках,
Бегут фонари через мост.
А небо над городом - в блестках
Далеких, чуть видимых звезд.


Над старой зубчатой стеною,
Над всею Советской страною
Горят, как огни корабля,
Рубины на башнях Кремля.


В 1953 году поэт М.Матусовский и композитор И.Дунаевский написали песню "Московские огни", которая потом несколько десятилетий входила в репертуар радиостанций и казалась завуалированной рекламой духов "Огни Москвы".
...Когда вокруг смеркается, на город наш взгляни -
Повсюду загораются московские огни!

Эта песня звучит в самом начале фильма "Испытание верности" с Мариной Ладыниной в главной роли, снятого в 1954 году. В фильме неоднократно показываются вечерние, ночные и утренние виды Москвы - режиссер словно приглашает зрителей полюбоваться эффектной иллюминацией. Влюбленные могут гулять по улицам столицы целую ночь - им романтично светят фонари. А в одной из сцен дети смотрят в окно на город, нарядно освещенный накануне Первомая, и говорят о том, как здорово было бы, если б эта красота была всегда, а не только по праздникам.

В случае с "Огнями Москвы" мы имеем дело с такой же пропагандой отечественных достижений - но у парфюмеров качество агитационного продукта граничит с изысканностью. "Огни Москвы" - бесспорный шедевр, и в народной памяти он остался независимо от своего изначального предназначения. Все вспоминают его как гимн женственности: теплый, обволакивающий, похожий на наполненную цветами летнюю ночь.
Начало - жасмин, гвоздика (цветок), белые цветы, альдегиды, персик;
середина - роза, гальбанум, ладан, ирис, лабданум;
база - кедр, бензоин, цибетин, мускус, амбра.
Аромат не просто теплый - он сделан в мажорной тональности, все в нем - обещание счастья. Это счастье абсолютно взаимной влюбленности, без рефлексии, без тени сомнений, без потерть. Дарить людям исключительно радость - таким был общий посыл послевоенной парфюмерии, и "Огни Москвы" ему вполне следовали.

Шли годы, жизнь налаживалась, ужасы войны и сложности послевоенного периода были позади. Лампы накаливания заменялись на галогенные, московское градоначальство в погоне за экономией сокращало поголовье уличных фонарей, в потом в борьбе с преступностью вновь увеличивала его, и мода на ароматы неоднократно сменилась - а популярность "Огней Москвы" не ослабевала. Постепенно они стали символом московского уюта. Кружевная скатерть, тенистый абажур, пирог под белой салфеткой, чашка костяного фарфора, трофейные ходики на стене и кобальтовый флакончик за стеклом серванта. Может, в 80-х молодые дамы и не хотели сами пахнуть "Огнями Москвы", но с удовольствием дарили их своим бабушкам.
Как всегда, когда речь идет о винтажной парфюмерии, принято считать, что первые выпуски были ого-го, а следующие постепенно становились хуже и хуже. Внешний вид "Огней Москвы" действительно сильно пострадал от изменений. В 1940-1960-х роскошная подарочная коробка с откидной крышкой и этикетки были украшены изображениями усыпанных огнями московских достопримечательностей. В 1970-х - рисунок коробки сменился на обстрактный, а этикетки стали совершенно безликими. И главное - цвет кобальтового стекла вместо глубокого ультрафиолета превратился в банальный синий.

Говорят, что в 1970-х формулу "Огней Москвы" сильно упростили и аромат потерял в качестве. Однако те образцы выпуска 1980-х, которые мне удалось попробовать, все еще звучали замечательно - сложный цветочный букет с преобладанием жасмина на пудрово-животной базе. Даже если это всего лишь тень былого великолепия, она все равно прекрасна и заслуживает знакомства.
(С) Виктория Власова для fifi.ru

"Белеет парус", Николаевский парфюмерно-стекольный комбинат

статья переехала на яндекс-дзен (ссылка)